Два прайда, два детства

Два прайда, два детства

22 июня в Берлине 35-й «Кристофер-стрит-дэй» (CSD), или попросту гей-прайд, собрал тысячи радостных, празднично настроенных людей и оставил после себя приятные воспоминания и миллионы красочных фотографий.

29 июня в Санкт-Петербурге традиционный гей-погром собрал не одну сотню тупых, агрессивно настроенных гомофобов и оставил после себя полные ужаса воспоминания и сотни фотографий, где кровь мешается с пылью.

Я была в прошлом, 2012 году в Берлине на гей-прайде. Так совпало, что мы с подругой в это время оказались в Германии, и я решила рвануть из Саксонии в Берлин, чтобы посмотреть на то, что для европейцев уже не в диковинку. Подруга со мной не поехала именно потому, что она это всё видела раньше. А я с удовольствием посмотрела на беззаботную радость плоти, которой придавала политический подтекст только борьба ЛГБТИ-сообщества России за наши права. Противостояние именно российским гомофобным законам задало политический и правовой вектор всему Берлинскому гей-прайду. Иначе он готов был превратиться в парад телес, причем исключительно мужских, и их утех. Но устроители 34-го CSD прониклись проблемами геев в России, выделили русскоязычной колонне машину, предоставили слово и обратили внимание остальных участников на дискриминацию российского ЛГБТИ-сообщества, а также направили парад так, чтобы он прошел в максимальном приближении к Посольству России в Берлине.

В этом году проблем у ЛГБТИ-сообщества в России, как и у многих других категорий граждан, прибавилось. Немцы, следящие за законотворческим безумием нашей Думы, это увидели и решили еще более политизировать CSD, чтобы и они могли гордиться борьбой за права, а не только красивыми мальчиками. CSD – это целый ряд мероприятий: он начинается с городских уличных праздников, продолжается во время дискуссий, кинопоказов, концертов и дискотек и достигает своей кульминации на собственно гей-прайде. Во многих мероприятиях участвовали  ЛГБТИ-активисты, приглашенные из России. Меня пригласил фонд им. Розы Люксембург, который частично оплатил мое пребывание в Германии.

18 июня на концерте, устроенном в поддержку кинофестиваля «Бок-о-бок», мы приветствовали Мэнни и Гулю, которых не только наградили Rainbow Award – премией за гражданское мужество, но и помогли собрать деньги для уплаты огромного штрафа, наложенного на них российским судом по новому закону об НКО.

20 июня в Голландском посольстве нас ждала дискуссия в поддержку «Выхода». Санкт-Петербургской организации также присудили штраф, и голландцы собирали деньги им.

Люди же, принадлежащие к ЛГБТИ-сообществу, просто оказываются вне закона: утверждение без покаяния «Я – лесбиянка», «я – трансгендер» и тому подобные нейтральные высказывания  караются штрафом.

А 21 июня я получила возможность участвовать в пресс-конференции, организованной фондом им. Розы Люксембург.  Меня пригласили  именно на нее, так как фонд поддерживает феминистские инициативы, его идеологии близка проблематика дискриминируемых социальных групп.  Мы постарались сделать диалог с журналистами наиболее политизированным. Я много говорила об опасности фашизации России, которая уже началась с наступления на свободу слова и собраний, с закона об иностранных агентах. Но с принятием закона о защите чувств верующих и закона о запрете пропаганды нетрадиционных семейных отношений фашизм в России утвердит свои позиции и ввергнет страну в пучину доносов и страха, как это было во времена Сталина. Я говорила об антисемитизме, который выходит на государственный уровень. О наступлении на права женщин, так как при ухудшении экономической ситуации первыми пострадавшими оказываются женщины, и при клерикализации страны именно женщина ставится в положение «человека второго сорта». Люди же, принадлежащие к ЛГБТИ-сообществу, просто оказываются вне закона: утверждение без покаяния «Я – лесбиянка», «я – трансгендер» и тому подобные нейтральные высказывания  караются штрафом. Можно предположить, что наказание будет ужесточаться. Депутаты уже помышляют вслух о том, чтобы у лесби-пар отбирать детей, даже родных. Я рисовала ужасы грядущего фашизма, который может разворачиваться в непосредственной близости от демократических стран Европы, победивших свой фашизм не без помощи СССР.

В Европе, сумевшей преодолеть внутренний фашизм и извлечь уроки из Второй мировой войны, повторение прошлых диктаторских замашек невозможно. А в России, с помпой празднующей 68-ую годовщину победы над фашистской Германией и не осмыслившей свой собственный тоталитаризм, вместе с путинизмом наступают времена возрождающегося сталинизма.

praid 2-3

Сложно оценить, насколько немцы смогли проникнуться сочувствием к нашему положению после такой мрачной картины, но главный вопрос, который задавали и Гуле Султановой (кинофестиваль «Бок-о-бок»), и представительнице «Выхода», и геям из ЛГБТ-сети, и мне, был такой: «Чем мы вам можем помочь?». И если с «Бок-о-бок» и «Выходом» ситуация конкретная и понятная – им собирали деньги на штрафы, – то как помочь ЛГБТ-сообществу России в целом? Тем, кто не состоит в зарегистрированных организациях, а выходит на марши протеста или целоваться к Думе на свой страх и риск, кто сидит у себя в российских районных городках и смотрит по телевизору, как глумятся над ЛГБТИ официальные СМИ? Единственный ответ, который мы смогли дать, складывался в просьбу – станьте нашими голосами: говорите о нас, поднимайте вопрос о правах российских ЛГБТИ в ваших политических обсуждениях, в ваших политических акциях, чтобы Путину было некомфортно ездить по Европе, чтобы его там встречали как диктатора, как главу фашистского государства. Проще всего дать нам денег, сложнее заставить своих политиков признать реальность фашизма в России и изменить с ней международные отношения.

А 22 июня тема защиты прав российских ЛГБТ стала основной темой на гей-прайде. На второй платформе, сразу после головной, ехала русскоязычная организация “Quarteera e.V.” с многочисленными активистами из разных бывших республик СССР. Машина вся была в призывах к борьбе с гомофобией в России. Эти призывы поддерживали немцы. Они пришли на парад со своими плакатами и выражали солидарность с российским ЛГБТИ-сообществом. Перед машиной завораживающей походкой двигался активист в маске Путина и с боа вокруг шеи. Портреты Путина мелькали и на других платформах: тема российского диктатора, борющегося с геями и не соблюдающего права человека у себя в стране, была актуальна и интересна многим участникам прайда. Когда шествие вышло на главную трибуну у Бранденбургских ворот, а до самой Siegessäule (колонны Победы) простиралось разноцветное людское море, нас всех, приехавших из России, охватил восторг и ощущение, что всё еще может измениться, что у ЛГБТИ в России такое же радужное будущее, как у граждан Европы.

praid 2-1

С таким настроением мы вернулись домой, чтобы рассказать об увиденном и поделиться своими ощущениями с теми, кто не захотел или не смог поехать. И вот буквально через неделю, 29 июня, несколько десятков ЛГБТИ-активистов, мамы из «Родительского комитета», участники «Альянса гетеросексуалов за равноправие ЛГБТ» в Санкт-Петербурге выходят на гей-парад и наталкиваются на агрессивную толпу православнутых гомофобов. Сначала в них летят мат и оскорбления, потом яйца, палки и камни, затем ОМОН их загоняет в автобус, окна автобуса бьют, в автобусе духота такая, что некоторым становится плохо, и под конец всех везут в полицию, где на многих составляются протоколы. Смерти, как в сербском фильме «Парад», не было, но атмосфера страха, ненависти и беспредела была очень похожа.

praid 2-2

Как видно по событиям 29 июня, ЛГБТИ-сообщество России ведет борьбу за свои права. До этого были попытки гей-парадов в Москве, предпринимаемые Николаем Алексеевым и его сподвижниками, были Марши равенства, Радужные флешмобы, Дни молчания и Дни поцелуев у Думы, Радужные колонны в общегражданских акциях протеста. В России нет единой ЛГБТИ-организации, которая могла бы сплотить всех под одним знаменем. Опыт организации в России сопряжен с иерархией, а упорядочить, выстроить по ранжиру людей свободолюбивых практически невозможно. Поэтому образуются стихийные объединения на конкретные акции и противостоят доступными способами тем рамкам бесправия, в которые государство загоняет ЛГБТИ-сообщество: одиночными пикетами, совместными акциями и даже культурными мероприятиями. Своим протестом мы строим гражданское общество. И ЛГБТИ-сообщество очень важная его составляющая – под давлением государства мы быстрее умнеем, развиваем свое правосознание, осознаем смысл и цели своей борьбы.

praid 2-4

И даже если некоторые ЛГБТИ-организации получают финансовую помощь из-за рубежа, а большинство борется за права всего сообщества исключительно используя внутренние ресурсы, то от Европы нам нужна не столько материальная поддержка, сколько политическая. Европа тоже должна сказать «нет» фашизму, который набирает силу у нее под боком. Однако, увы! Европа считает, что права человека в России не нарушаются. Парламентская ассамблея ОБСЕ в тот же день, 29 июня, когда над людьми на Марсовом поле глумились и издевались, когда их побивали камнями и душили в автозаке, не включает в повестку заседания резолюцию «По правам человека в России». В тексте документа, подготовленном нидерландским парламентарием Ингрид де Калюве, указывалось, что законы, принятые Госдумой, в частности о митингах, об НКО, и так называемый «закон Димы Яковлева», «удушают гражданское общество». Кроме того, в резолюции упоминались дела Магнитского и Ходорковского. Не знаю, поднимался ли там вопрос о правах ЛГБТИ-сообщества России, но в любом случае резолюцию рассматривать не стали. Что послужило теми тридцатью серебряниками – Сирия или нефть – об этом можно только догадываться.

А так хочется, чтобы Европа нас поддержала – не деньгами, поскольку штрафы, на которые сейчас собирают деньги «Бок-о-бок» и «Выход», пойдут только на укрепление той системы, которая нас стремится уничтожить – а голосами. Чтобы потребовали от своих политиков изменения отношений с путинской диктатурой, чтобы осудили режим Путина, как режим Лукашенко, чтобы, насколько это возможно, применили бы к нему санкции. Ведь этот  режим по отношению к гражданскому обществу в целом, и к протесту в частности, действует умело: он разъединяет и тем самым уничтожает их. 3 июля к Думе идут «гулять» ученые. А вот если бы они пошли в свое время к той же Думе поддержать нас, когда мы целовались! Но, увы. Они не пошли с нами, кто-то не пойдет с учеными, другие не пойдут с кем-то еще…

Зато 2 июля к Думе пошли молодые ЛГБТИ-активисты и устроили там «кровавое побоище», чтобы показать депутатам, к чему уже привел принятый ими «закон Мизулиной», который лишил российских подростков информации, поддержки, а некоторых жизни. «Два мира – два детства». Наших подростков убивают, или они сами кончают жизнь самоубийством, не выдерживая травли. А в Берлине родители на гей-прайд шли с детьми, и там царила любовь. В России же всё заливает ненависть. Как тяжело пробиваться радуге сквозь такие беспросветные тучи!

praid 3

Digiprove sealCopyright secured by Digiprove © 2013 Project Ostrov